JOINT PROJECT
ZYF G
LEXX CLUSTER

Фрактальная вселенная. Насекомые.

Пролог.

Смотрящий закончил облет планеты и собирался уже лечь на привычную орбиту, когда заметил гостей. Никаких сообщений о предстоящем визите Мягкотелых на вверенную ему территорию он не получал, а потому приготовился к встрече – развернулся навстречу приближающейся пятерке.

Ничего необычного в четырех жуках и комаре не было, и все же что-то его настораживало. Смотрящий пригляделся внимательнее, сканируя живые кораблики на всех доступных ему уровнях. Жуки – обычные на вид одноместные транспортники, чуть крупнее стандартных, комар вообще ничем особенным не выделяется. Энергетический рисунок нормальный. Люди в кабинах вполне здоровы. Так что же не так?

Понять ему это удалось только в тот момент, когда приблизившиеся вплотную транспортные насекомые внезапно трансформировались. Комар поднял кверху и изогнул брюшко, заканчивающееся жалом, а жуки выставили вперед спрятанные доселе под головой клешни, по которым побежали энергетические разряды. А эфир взорвался криками. Тишина! Вот что было необычным! Фактически полное ментальное молчание Мягкотелых вплоть до этой секунды.

Гигантское членистое тело изогнулось, уходя от голубоватых импульсов, и нырнуло под нападавших. Разворот – и вот уже он позади противника. Времени на размышления нет. Отправить отчет в Улей. Увести агрессоров от планеты. По возможности не уничтожать.

Но нападающие не дали времени на маневры. Мгновенно развернувшись, они продолжили обстрел. Маленькие и верткие, по сравнению с его многокилометровой тушей, членистоногие не могли причинить Смотрящему большого вреда, но досаждали страшно. Проклятые Мякготелые прекрасно знали его уязвимые места – они метили в голову, стремясь лишить его способности ориентироваться. Они жалили в межскеленые пространства, там, где броня тоньше. Они шныряли вокруг, словно их было не пять, а несколько десятков, и жалили, жалили, жалили!

Наконец, ему удалось ускользнуть из окружения, но далеко уходить нельзя – непонятно, что у этих козявок на уме. Главная задача – защитить планету. Он снова послал запрос в Улей, но ответа не получил. Значит, будем действовать по обстоятельствам. Смотрящий плавным полукругом ушел вниз к планете и развернулся головой к противнику, уже построившемуся в боевой порядок, жвала его широко раскрылись и по ним заструились молнии. Конечно, он не Страж, но и его мощности хватит, чтобы испепелить наглецов! Однако, стрелять он не спешил, до последнего ждал указаний от Всеобщей Матери. Указаний не было.

Выпустив, не особо целясь, энергетический разряд в пятерку, что заставило ее прыснуть в стороны, Жук стремительно понесся вокруг планеты. Скорость он постарался подобрать такую, чтобы не пропадать из виду врага, но и не подпускать его близко. Он старательно тянул время. Периодически Смотрящий подпускал Мягкотелых поближе, выпускал очередной импульс, уходящий в пространство, но тормозящий преследователей, и вновь бросался в полет, не забыв произвольно сменить направление. Ему даже начала нравиться эта игра. Чего нельзя сказать о его противниках. Он явственно ощущал закипающую в них ярость. Это чувство он не раз наблюдал у своих подопечных на планете. И он знал, к чему может привести ярость как нападающего, так и жертву. Следовало быть осторожнее.

Заложив очередной вираж и изготовившись к выстрелу, Смотрящий не обнаружил преследователей в расчетном месте. За то, они объявились в другом – совсем рядом, почти вплотную. Обстрел с их стороны возобновился. В этот раз они не вертелись, разряды били все разом в одну точку. И это возымело действие – броня не выдержала напора, поддалась и адская боль пронзила тело гиганта. А в это время комар совершил свой роковой выстрел, послав в рану что-то, взорвавшееся внутри. Что-то, вызвавшее цепную реакцию в энергетической системе Насекомого. Смотрящий внезапно осознал, что игра закончена. Сознание начало меркнуть, поглощаемое нестерпимой болью. Тело свела судорога и он начал заваливаться к планете.

Но если эти Мягкотелые сумели убить его, то они опасны для Улья! Немедленно отправив туда отчет, Жук из последних сил сфокусировался на мелких врагах, которые зависли неподалеку и поздравляли друг друга с победой. Выделил одного, выстрелил. Радостные вопли оборвались, сменившись недоумением, растерянностью, а потом яростью. Поняв, что попал, он повторил. И, очевидно, попал снова, так как ярость сменилась новым чувством. И это новое, неизвестное раньше ощущение прибавило сил, вытеснило боль, заменило ее собой. Черное, невыносимо сильное ощущение НЕНАВИСТИ. Так вот что значит это странное слово Мягкотелых! Способность управлять телом вернулась, пусть на доли секунды, но этого оказалось достаточно, чтобы уничтожить оставшихся врагов. А после сознание поглотила тьма.

Не удерживаемое более в состоянии антигравитации гигантское тело пробороздило поверхность, зарывшись глубоко в грунт и засыпав упавших неподалеку недавних противников. А через несколько минут из этой братской могилы начал сочиться черный туман, постепенно завиваясь в спираль.

Глава 1. 

Инкубатор (личинка)

На орбите вокруг Желтой Звезды обращается лишь одна планета с четырьмя небольшими спутниками. Планета укрыта толстым одеялом из кучевых облаков и туч, находящихся в непрестанном движении. Постоянно в разных местах вспыхивают молнии, расцвечивая бело-фиолетовый шевелящийся туман золотыми, бордовыми, голубыми цветами. Единственный материк, занимающий треть поверхности, омывает мелкий очень теплый океан. Вода в нем кажется зеленой из-за обилия водорослей. Поверхность суши так же покрыта бурной растительностью – преобладают гигантские папоротники, хвощи, плауны, местами их изумрудная зелень сменяется темными пятнами голосеменных. По воде и суше бродят неисчислимые стада мирно пасущихся ящеров поистине титанических размеров. Между деревьев порхают, жужжат, ползают и скачут насекомые, на которых охотятся ящеры помельче, юркие двуногие хищники. С орбиты все это разнообразие проявлений жизни было бы невозможно увидеть из-за плотного слоя облаков, постоянно закрывающих небо, служащих надежной защитой от жесткого космического излучения, но пропускающих достаточное количество тепла и света, чтобы поддерживать постоянную влажность и температуру на планете. То тут, то там разражаются грозы с ливнями и после того, как шум льющейся воды утихнет, на несколько мгновений в разрыве туч становится видно светило или звезды. Иногда там можно разглядеть какой-либо из спутников планеты, поблескивающий в солнечных лучах  своими странными гранями.

Вот, бредут по мелководью исполины, лениво переговариваясь, то поднимая из воды длинные шеи с маленькими головами и свисающими, словно зеленые усы и бороды, водорослями, то вновь ныряют вниз, за очередной порцией… Их туши частично скрыты туманом, постоянно поднимающимся с поверхности воды и кажется, будто они плывут в беловатой дымке, лишь легкие всплески выдают природу их движения. Во влажном тяжелом воздухе слышится чавканье, изредка — протяжное низкое урчание, да временами прогудит какой-нибудь жук, да погонится за кем-то с сухим треском стрекоза.

Но тут происходит нечто странное, не обычное – туман начинает сгущаться, становится плотным… И вот, уже кажется, что животные в нем увязли. Они замедляют движение, поднимают головы выше, пытаясь понять, что происходит, но туман поднимается, будто преследуя их. Он обвивается вокруг шеи, охватывает голову – и огромная туша мягко оседает и растворяется в этом странном тумане… Теперь слышны лишь редкие вздохи падающих гигантов, да треск крыльев насекомых, летающих над зыбкой поверхностью в поисках надежной опоры… Но таковой нет — и они вынуждены опуститься ниже, туда, где из дымки выплескиваются мягкие полупрозрачные щупальца, увлекающие летунов во всепоглощающее темное чрево… Небо постепенно темнеет, из светло-серого с одной стороны становится багровым, другая погружается во тьму. И теперь уже самые выносливые из крылатых вынуждены опуститься… Планету охватывает полная, неестественная, мертвая тишина. Не слышно даже плеска неутомимых волн, разрядов молний и шума дождя, заливающего планету…

***

Странный туман просачивается в почву через едва заметные поры, течет сквозь рыхлый грун все ниже и ниже, пока не достигает шарообразных черных образований. Он обволакивает их и впитывается внутрь. Мгновение – и на гладкой поверхности появляются трещины. Она расширяются и из них показываются членистые лапы с парой коготков на концах.

***

В свете восходящей Желтой Звезды в тумане начинается движение. То тут, то там в сопровождении скрежета, приглушенного туманом, возникают ненадолго какие-то темные тени и снова ныряют в дымку. И вот – пространство опять наполнено звуками… скрежет, невнятный писк и чавканье, хруст сплетают мелодию Смерти… Или Жизни – тут с какой стороны посмотреть…

Небо становится все светлее, и чем выше поднимается Желтая Звезда, тем реже становится туман, он тает, распадается на куски, поднявшийся внезапно ветерок рвет его в клочья… И вот уже это вновь лишь легкая дымка над поверхностью океана… Но нет больше гигантских ящеров, нет стрекоз с радужными крыльями. Нет и зеленых лесов. Вся поверхность планеты покрыта лишь плотным слоем шевелящихся многосекционных панцирей огромных членистоногих. Темно-серые гладкие щитки тускло поблескивают под непрекращающимся дождем в свете нечастых молний. Порой одно насекомое наталкивается на другое и тогда при соприкосновениях панцири издают те самые скрежещущие звуки, что были слышны ночью. Но теперь, без тумана, они значительно громче. Столкнувшиеся особи поднимают передние части, и становится видно головы, закрытые сверху хитиновыми капюшонами. Тела их дрожат от возмущения, раздуваются и когда уже, кажется, готовы лопнуть – начинают сжиматься и воздух заполняют пронзительное шипение и писк, исходящие из дыхалец на брюшке. Выразив таким образом друг другу свое недовольство, оба опускаются вниз и продолжают медленное хаотичное движение, ощупывая поверхность педипальпами в поисках пищи. Но пищи больше нет, и писк разочарования слышится все чаще и чаще.

Внезапно свет меркнет, огромная тень закрывает небо. Она опускается все ниже и постепенно становится ясно, что это Насекомое – такое же, как те, что на поверхности, но в сотни раз больше. Личинки приветствуют его радостным шипением и писком. На несколько мгновений зависнув над ними, Насекомое мягко опускается на свои многочисленные конечности и замирает в таком положении. Малыши устремляются к нему, взбираются по лапкам и сворачиваются у самого брюшка клубочками, цепляясь за особые волоски, которые в свою очередь прорастают в их дыхальца, надежно закрепляя «на борту». Когда на поверхности не остается ни одной личинки, Насекомое подбирает опоры и, зависнув на мгновение, плавно устремляется вверх. В стороне поднимается еще одна тень. Невозможно оценить – на каком она расстоянии – настолько огромен ее размер…

***

Вокруг Желтой Звезды обращается одинокая бело-фиолетовая планета без спутников. С ее поверхности одна за другой из облаков выныривают четыре взрослых особи, неся на своих нижних поверхностях сотни уютно свернувшихся личинок, и устремляются в открытый космос. Навстречу им движется четверка таких же насекомых, но без драгоценного груза. Поравнявшись, они приостанавливаются на некоторое время, по очереди соприкасаются друг с другом головами, после чего продолжают движение в первоначальном направлении. Вновь прибывшие направляются к планете и ныряют в ее атмосферу.

***

О, я помню тот день, день своего Пробуждения. Сначала была тьма. И из этой тьмы пришло осознание – Я ЕСТЬ, Я СУЩЕСТВУЮ! И я не один, нас много. Мы лежали, свернувшись, в тесных капсулах. И мы хотели есть! За чувством голода пришло знание, куда надо двигаться, что бы найти пищу.  Сделав первое усилие, я начал двигаться вверх через каменистый грунт. Я чувствовал движение вокруг, и это заставляло торопиться. Внезапно сжимающие меня стенки проделанного тоннеля закончились, и я ощутил вокруг открытое пространство, наполненное образами и запахами пищи. Было по-прежнему темно. Я слышал, как вокруг вырывались остальные. Я видел их образы. Но сейчас мне было не до них, голод мучил меня и я начал есть. Пищи было много, она была очень вкусной и питательной. Вокруг постепенно становилось светлее, мои глаза начали различать очертания окружающего мира. Он состоял из нас и нашей еды. И был очень вкусным. А потом пища закончилась. Это было странно. А потом прилетели ОНИ. Меня заполнило чувство заботы, любви и полной безопасности. Я забрался на брюшко Старшего, где был закреплен дыхательными волосками и свернулся в клубок. Полный покой овладел моим телом, потянуло в сон, но любопытство было сильнее. Я видел, как остальные устраиваются рядом со мной, как мы поднялись в воздух и подо мной промелькнула черная матовая поверхность суши, потом черная блестящая океана, мы нырнули в туман… И вдруг распахнулось бескрайнее пространство, наполненной блеском многочисленных звезд! О! Это было прекрасно! Восторг наполнил все мое существо!

Я видел и свою удаляющуюся колыбель – серо-фиолетовый шарик, стремительно уменьшающийся в размерах… И видел приближающуюся с другой стороны группу Старших. Поравнявшись с нашими они обменялись информацией, и мы полетели дальше. Теперь я знал, зачем прилетела эта четверка – они принесли Новую Жизнь. Меня наполнило чувство удовлетворения… А потом я провалился во тьму.

***

Над нежной молодой порослью хвощей и плаунов деловито летают крупные жуки, гоняются за мелкими мухами изящные стрекозы. Тут и там возвышаются собранные пучками перистые вайи папоротников со скрученными в плотные спирали концами. Зеленые от водорослей воды мелкого, очень теплого океана, омывают берега одинокого континента.

Крупная улитка ползет по группе округлых голышей, когда один из камней внезапно начинает шевелиться. По нему разбегаются трещинки, их становится все больше… И вот уже маленький длиннохвостый ящер деловито жует незадачливую улитку, не обращая внимания на ее попытки спрятаться в спиральную раковину. Соседние голыши так же покрываются трещинами. Всюду кипит Жизнь.

***

А в недрах, на дне глубоких шахт в урановой руде, при постоянной температуре, покойно ждут своего часа исполинские черные яйца.

***

Вокруг Желтой Звезды обращается лишь одна планета, укрытая толстым одеялом из кучевых облаков и туч, находящихся в непрестанном движении. То тут, то там вспыхивают молнии, расцвечивая бело-фиолетовый шевелящийся туман золотыми, бордовыми, голубыми цветами. Вокруг нее обращаются четыре небольших спутника, поблескивающих в лучах местного солнца своими многочисленными гранями.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46